Гости дорогие!
Если вы хотите добавить меня в "друзья" - милости прошу!  Единственное, если вам не сложно, нарисуйте под этим постом пару слов о том, почему именно меня и именно сейчас. Это, конечно, не обязательно, но хотелось бы знать. Для личной статистики.
Я обязательно просматриваю все юзеринфо и все журналы людей, которые добавили меня в друзья. Кого-то френжу на основании этого просмотра, кого-то нет. Но если вы будете не просто безликим френдом в списке, а активно включитесь в комменты, то я буду очень рада новому другу!

Спасибо за внимание, пора бы уже приступить к чтению:)

P.s. Да, в связи с некоторыми вопросами...
Мой ник читается как "МЫШАНДРИЯ"

Побывали мы с aphex2006 давеча в Петергофе. Погода, как водится, не радовала, но обошлось почти без дождя.
Снимать Нижний Парк так, как его не снимали до тебя - дело трудное и, по большому счету, неблагодарное, потому голова полна открыточными видами фонтанов. Поэтому, фонтанов у меня будет мало...

Начать небольшой фотоотчет решила с самой забойной фотографии...
Это ж/д станция "Новый Петергоф". Wellcome!

Нашла на компьютере чудные летние фотографии. Угадайте, что за город?...






( Внутри - еще немножко лета в городке... )

- Может не стоит? – спросила Кати, когда я уже двинулась к комнате.

- Может, - согласилась я и осторожно заглянула внутрь.

Внутри было темно, хотя я отчетливо помнила, что снаружи видела в мезонине окно. Включив фонарик, я обвела лучом помещение. Здесь, в отличие от остальных комнат в доме, сохранились остатки обстановки. Узкая «девичья» койка вдоль одной стены, небольшая тумбочка рядом с ней и платяной шкаф напротив. Вся мебель хорошо сохранилась, несмотря на то, что заметно обгорела.

- Пожар был сильный, но не долгий, -  вслух задумалась я, - быстро потушили…

- И давно ты в пожарах разбираешься? – не преминула заметить вредная Кати.

 - В пожарах, может, я и не разбираюсь, но вот с логикой все в порядке, в отличие от некоторых,  - ухмыльнулась я, - смотри, - я направила луч фонаря на шкаф, одна створка которого была открыта, - обгорело только на поверхности, внутрь пламя не успело добраться.

Я направила луч фонаря на тумбочку. Она тоже обгорела только на поверхности. Ящик, вынутый кем-то из тумбочки, валялся тут же и был совсем не тронут огнем.

- Интересно, что-то искали или просто делать кому-то нечего было… - протянула Кати.

- Тебе правда интересно или ты решила меня поддержать? – задала я провокационный вопрос, не очень рассчитывая на ответ.

Находиться в темной обгоревшей комнате было, мягко говоря, не очень приятно. Темные стены и тишина нещадно давили, и, казалось, сейчас накатит приступ никогда не виданной клаустрофобии.  Комната, как и весь дом, скрывала какую-то тайну, но здесь ее совсем не хотелось разгадывать. Кати явно почувствовала что-то подобное.

- Пошли, - тихонько сказала она, за руку потянув меня к выходу.

- Сейчас, сейчас, - я никак не могла понять, что же меня так настораживает. Направила луч фонаря на то место, где должно было быть окно (было же окно, я точно видела раму снаружи!). Приглядевшись, я поняла, в чем дело.

- Смотри, есть окно! – как-то даже обрадовалась я, -  правда, оно заколочено. Причем изнутри. А дверь? – резко повернулась я, осененная внезапной догадкой.

- И дверь тоже, - раздался Катин голос.

- Что? – я с радостью выскочила на свет. Кати в коридоре не оказалась.
( Перевернуть страницу... )

Все-таки это действительно были липы. Старинные, огромные, в два обхвата, они молчаливыми стражами охраняли подъезд к дому. Возможно, единственные, кто еще помнит былое великолепие этого места. Замечтавшись, я не заметила, как сзади подошла Кати. Оставаться одной ей хотелось еще меньше, чем идти. Но в этом, она, конечно же, не признается.
- Смотри, - она присела на корточки и раздвинула руками густую траву и постучала костяшками пальцев, - похоже на булыжную мостовую.
Я присела рядом и не могла не согласиться. Трава на подъездной аллее проросла сквозь неплотно пригнанные камни.
- Но кому понадобилось мостить всего лишь одну подъездную аллею к дому? – я задумчиво почесала переносицу, - интересно…
- Да уж, интересно, - фыркнула Кати, - ты все еще хочешь туда идти?
- Теперь даже больше.
При ближайшем осмотре дом выглядел еще более удручающе. Осыпающаяся и облезающая краска, остатки оконных рам, торчащие под неправильными углами, покосившиеся входные двери. А двери были знатные. Высокие, метра три, и такие широкие, что сквозь них запросто могла бы проехать и целая тройка. Левая створка висела на одной петле, а правая, разломленная какой-то неведомой силой, валялась рядом.
- Кому понадобилось разрубать дубовую дверь и потом бросать ее здесь? – вслух подумала я. Дотронулась рукой до лежащей двери. Вот что значит дуб - столько лет прошло, а дереву ничего не сделалось.
- А тебе не приходило в голову, что в таких домах любят селиться бомжи? – поинтересовалась Кати в тот самый момент, когда я уже занесла ногу, чтобы войти внутрь. Ногу с порога я убрала, но потом все-таки вернула:
- Какие бомжи, о чем ты! Откуда на селе бомжи?...
Вопрос был, понятное дело, риторический. Протиснувшись мимо покосившейся створки, я вошла в дом. Благодаря высоким окнам, света внутри было вполне достаточно, чтобы все осмотреть. Голые стены, остатки паркета на полу, лестница на второй этаж, дверные проемы друг напротив друга. Заглянув в соседние комнаты и убедившись, что там ничего нет, мы начали подниматься по лестнице. Под слоем пыли толщиной в два пальца обнаружились великолепные резные перила, отполированные до блеска.
- Вот опять, - подала голос Кати.
- Что опять? – задумчиво уточнила я. Этот дом определенно таил в себе что-то. Что я понять пока не могла.
- Слышишь, какая тишина? Ни ветра, ни птиц…
- Ты слишком много смотришь ужастиков… - начала я и замолчала, забыв, что хотела сказать. Потому что лестница как раз закончилась. Она вывела нас в небольшой холл на втором этаже, откуда в стороны уходили два коридора. Но не это заставило меня замолчать. Впереди был еще один дверной проем. Судя по всему, это был проход в мезонин. Двери не было, но в самом дверном проеме было нечто странное…
- Что меня смущает? – спросила я, зная, что Кати наверняка угадает мои мысли.
- Пожар, - приглядевшись к почерневшему косяку, заключила она, - только какой-то странный…
- Весьма странный, - кивнула я, - в доме с полностью деревянными перекрытиями горит только одна комната и та – изнутри…

p/s/ Друзья! Не поленитесь, ответьте, вам интересно? Если да, то я продолжу выкладывать. И если я продолжу выкладывать, как лучше это делать: такими небольшими кусками но каждый день или кусками по-больше, но реже? Спасибо за понимание.

Солнце нещадно светило сквозь ветровое стекло. Пейзаж за этим самым стеклом не менялся уже минут пятнадцать. Все та же желтая от пыли дорога, бегущая по полям, заросшим травой по пояс и лес, преимущественно березовый, окаймляющий поля. Пасторальная среднерусская картинка. И небо, конечно. Невероятно красивого цвета чуть разбавленной берлинской лазури… Я засмотрелась на небо, потому что уже минут пять как поняла, что мы заблудились. Признаваться в этом не хотелось. С робкой надеждой я взглянула на gps-навигатор. Весело подмигивая зеленым огоньком, он показывал синюю машинку в чистом поле. И ведь прав, гад! И машинка синяя, и поле есть, вот только на этом поле еще и дорога имеется! Вздохнув, я решительно нажала на тормоз.

 

- Только не говори, что ты была права, когда обещала, что мы заблудимся, - повернулась я к спутнице.

- Хорошо, - серьезно кивнула она, - говорить я этого не буду. Глаза цвета неба откровенно смеялись.

- Ладно-ладно, я тебе это еще припомню, - проворчала я и, захватив атлас дорог, выбралась из машины.

- Ничего не понимаю, - я развернула атлас на нужной странице, - на карте дорога есть? Есть. В жизни дорога есть? Есть. Так почему же поворот на карте есть, а в жизни нет?!

- Потому что ты живешь в России, - последовал универсальный ответ.

- Так у нас как раз чаще бывает наоборот, поворот есть, а на карте нет, - грустно вздохнула я. Терпеть не могу заблуждаться… блудиться… блуждать, одним словом!

- Озера там случайно у тебя никакого рядом нет? – поинтересовалась Катерина, заглядывая мне через плечо, - а то жарища невыносимая.

- Есть река. Должна быть, по крайней мере. Где-то вон там, - слегка сориентировавшись на местности, я показала рукой направо.

- Далеко? – заинтересованно спросила Кати, проследив за направлением руки.

- Фиг знает, - легкомысленно ответила я, забираясь в машину, - поехали, посмотрим.

- А это ничего, что там поле? – схватившись за ручку, встревожилась Кати, когда машина лихо свернула в траву, которая была такой высокой, что так и норовила залезть в открытые окна.

- Где наша не пропадала! – я развеселилась окончательно от такого экстрима и вела машину, повинуясь исключительно шестому чувству. Правда, судя по навигатору, к реке мы все-таки приближались.

Наш маленький джип рыча, запрыгнул на вершину небольшого холма и замолк. Что-то я там перемудрила с собственными ногами и сцеплением.

Впереди и чуть внизу белел березовый лес, за которым угадывался спуск к реке.

- Ого, смотри, что это? – удивленно спросила Кати.

Я посмотрела направо и едва не открыла рот от удивления. У подножия холма, на который мы неожиданно выкатились, стоял дом. Хотя нет, дом это слишком просто. Настоящее родовое дворянское гнездо, каким оно должно было быть. И было, по всей видимости, еще лет девяносто назад.

Огромный двухэтажный каменный особняк, выстроенный в виде буквы «П». Фасад был обращен к нам. Точнее, не к нам, конечно, а к подъездной аллее, которую легко можно было угадать по двум рядам огромных лип. Когда-то дом был благородного желтого цвета, но краска где-то выцвела, а где-то облупилась. Окна без стекол печально смотрели на березовую рощу.

- Дом с мезонином, - как-то очень тихо сказала Кати.

А ведь точно, эта надстройка над центральной частью дома и есть мезонин. Накладные колонны, с облупившейся белой краской, зияли словно неровные зубы.

- Ты слышишь, как тихо? – все тем же шепотом спросила Кати и без перехода продолжила, - интересно, что это?

Тишина и впрямь стояла изумительная, но я была склонна отнести ее, скорее к знойному полудню, чем к зловещности места. Хотя такие мысли, признаться, закрадывались в голову первыми.

- Так давай посмотрим, что это, - тряхнув головой, я выбралась из машины и направилась к багажнику.

Кати обошла машину с другой стороны и встревожено спросила, глядя, как я проверяю аккумуляторы фонаря:

- Только не говори, что мы еще и внутрь полезем.

- Хорошо, - серьезно кивнула я, - говорить я этого не буду.

Захлопнув багажник, я бегом спустилась с холма. Было до жути интересно…

Ха, неожиданный заголовок, правда? У всех День Города, представления, перфомансы, а я взяла и прогуляла. И мне не стыдно. Потому что невероятное солнце, синее небо, двадцать пять градусов, легкий бриз с залива, хорошая компания... Но об как-нибудь в другой раз...
А сейчас я расскажу о мероприятии, которое проходило в городе (да и по всей Европе) в ночь с 16го на 17е мая. Ночь музеев.


Если хотите много слов и впечатлений, то мною все уже изложено вот тут.
Если вкратце - то мне понравилось. Несмотря даже на некоторые вопросы, возникшие к организаторам. не могли же они, в конце концов, предусмотреть, что побывать на данном мероприятии захочет ТАКОЕ количество народу. Культурная столица, как ни крути. Конечно, организаторы нарушили главный принцип "Ночи музеев" - ее бесплатность. Для привлечения, так сказать. Но вы же понимаете, в этом городе поход в музей является вполне привычным времяпрепровождением, поэтому не грех и денег взять. Впрочем, мне не жалко, тем более, что не каждую ночь удается покататься по Питеру на комфортабельном автобусе... (ах, я, разве, не сказала? в комплекте к единому входному билету в 25 музеев прилагалась еще возможность покататься на специальном автобусе, маршрут которого пролегал возле всех музеев. Вы, наверное, скажите, что по ночному Питеру лучше гулять...Я с вами соглашусь. Тем более, что эти автобусы были перманентно переполнены. Погулять удалось, одним словом).
Работники музеев и организаторы акции проявили недюженные таланты и воображение. Везде было интересно и везде по-разному. За 6 часов мы успели посетить 4 музея. Успели бы посетить больше, но стоять более часа в очереди только для того, чтобы войти в каждый музей... Это выше моих сил и терпения.

( Расскажу о том, что успела увидеть... )

Ты именно такой, какой и должен быть...



С праздником всех влюбленных в тебя. Мы не_стареем вместе.

В прошлом посте я слегка коснулась истории Александровского парка. Сейчас - чуть подробнее.
(Курсивом - мои ощущения, обычным шрифтом - история и описание).
Парк этот со времени своего создания самым тщательным образом проектировался. Сначала он задумывался, как парк с регулярной планировкой, там создается широкая липовая аллея, которая делит парк на квадраты. В квадрате слева от Китайского моста расположена куртина Грибок. В квадрате справа от моста первоначальная планировка почти не сохранилась: здесь во второй половине XVIII века были созданы живописные пруды с полуостровками. Центром третьего квадрата является насыпная гора Парнас, а композиционным центром четвертого - здание Китайского театра, или Оперного дома.
Ему, как мне кажется, не повезло больше всех, поэтому с него и начнем...

Интересные в этот раз родились стихи. Неожиданные для меня. Впрочем, для меня они всегда неожиданные...

Есть под Петербургом замечательный город Пушкин. Он же Царское Село. Если быть совсем точной, то Пушкин является районом Петербурга. Но в данном рассказе это не имеет ни малейшего значения, потому что о самом Пушкине я расскажу в другой раз (он, поверьте, того заслуживает).
Чем знаменит город Пушкин, он же Царское Село? Правильно, тем, что в Царскосельском лицее когда-то учился Александр Сергеевич, где и был благословлен на подвиги на искусство Державиным. Кроме того, все прекрасно знают, что в Пушкине находится Екатериниский дворец, который не плох и сам по себе, так там еще и Янтарная комната в подарок! Есть еще Екатерининский парк, прилизанный и ухоженный донельзя. Я не говорю, что я его не люблю, но есть в нем что-то... уж очень правильное. Или неправильное. Платный вход, например.
Поэтому мы пойдем в Александровский парк, находящий тут же, рядышком, но совершенно другой. Не музейный, живой.
( Внутри - парк и его обитатели )

9 мая для меня – особенный праздник. Так уж меня воспитали. И воспитали, в общем-то, не плохо. Каждое 9 мая я покупаю гвоздики, прихожу в гости к своим, слушаю рассказы о Войне, а потом мы все вместе идем на Площадь Победы. Вот уже 19 лет подряд. И делаю я это не потому что надо или положено, а потому что не могу иначе. Я слишком много знаю о том, что было, чтобы поступать как-то еще. Как бы громко это не звучало, но не будь их, не было бы меня, вас и очень многих вокруг.

И спасибо мы говорим именно за это. За то, что мы Есть. За то, что у нас есть Возможность. И, в первую очередь, Возможность никогда не узнать, что такое Война.

 

Но знаете, что обидно? Причем обидно в самом широком смысле. Обидно, что одни сначала забывают, а их дети уже попросту не знают.  Не знают, почему выходной, почему цветы, почему ветераны в медалях. Но сравнивая каждый новый год, каждое новое 9 мая, прихожу к выводу, что ситуация исправляется. И уже самые разные дети, от трехлетних  и до подростков, несут цветы. Причем делают это совершенно искренне. Не потому что «надо», не за хорошую оценку в школе, а потому что хотят, потому что важно. Ведь кто бы и что бы не говорил, хороших, умных и искренних людей все равно больше. Как бы их жизнь не била и не заставляла прятать свои лучшие качества.

 

Есть еще одна вещь, которая никак не желает укладываться в голове, а временами просто выводит из себя. В ЖЖ, да и в интернете вообще, усиленно и чрезвычайно настырно выступают люди, резко критикующие праздник и отрицающие даже сам его факт. Мол, «дрались за коммунизм», «оккупировали половину Европы», «зверствовали советские солдаты»... Доказанные факты, свидетельства, данные… Кто же спорит? И данные есть, и факты доказанные. Вот только, история это штука такая странная, что смотреть на нее нужно, как минимум, с двух сторон. И никогда в истории не было и не будет всецело правых и всецело виноватых.  Но дело даже не в этом. Дело в том, что эти экзальтированные ревнители исторической правды путают Божий дар с яичницей. Праздник этот не потому что факты, а потому что люди.

И помним мы не просто дату, но чтим память людей, бившихся за жизнь. Свою и своих близких.

Все просто. Если не ты, то тебя.

Все остальное – наносное.

 

Говорят, что мертвые живы до тех пор, пока жив хоть один человек, который о них помнит. Пусть будет так.

«Главное, чтобы не было войны...»

Дом на Баррикадной.

( Внутри вы найдете еще пару фрагментов этой высотки, а еще - то, что можно увидеть, случайно свернув в московский дворик... )